Расследование дела о пропаже английской певицы стало важной вехой в развитии криминалистики (10 фото)

Так заявил в 1910 году некий англичанин по фамилии Нэш, который пришёл в полицейский участок, чтобы заявить о пропаже человека. Кора Криппен, которую публика знала под псевдонимами Кора Тёрнер или Бель Эльмор, ещё вчера принимала его в гостях. А потом неожиданно исчезла. Через несколько дней Нэш получил письмо от Коры, в котором она объясняла исчезновение вынужденным отъездом в Штаты. И всё бы ничего, но практически сразу после исчезновения в дом, где та жила с мужем, въехала любовница последнего – юная Этель.

Когда  полицейские опросили мужчину, то он сказал, что жена умерла. Но почему тогда друзьям и родным сообщил, что Кора уехала? И это странное письмо, адресованное другу – разве его могла написать покойница?

Мужем пропавшей был известный и популярный дантист и гомеопат мистер Хоули Криппен. Свои разногласия в версиях для близких и полиции он объяснил тем, что они с женой фактически были друг другу чужими людьми. Поскольку все силы жена отдавала карьере – мечтала стать известной певицей.

Дело не особенно ладилось, и в поисках протекции она обращалась к поклонникам. Один из них – некий состоятельный американец и пообещал продвинуть предприимчивую красавицу. Не раздумывая, она бросила всё и уехала с ним в Штаты. Признаваться в таком положении дел окружению не хотелось, потому Хоули и соврал. Шаткая версия, но в жизни бывает всякое. Однако на следующий день мужчина, как и его любовница Этель Ле Неве, исчез.

Полицейские внимательно обыскали дом. И обнаружили в подвале за кладкой фрагменты человеческого тела. Они были настолько мелкими, что сложно было идентифицировать даже пол и возраст, не говоря о личности. Интуитивно возглавлявший расследование старший инспектор Дью понимал, что это Кора. Но предчувствия к делу не пришить, нужны доказательства.

Вызванный на место возможного места преступления патологоанатом Огастес Джозеф Пеппер отыскал в кучке фрагментов две важных улики: клочок рубашки и часть шрама на коже. Ткань опознали как рубашку пропавшей, а вторая улика стала настоящим подарком, решившим исход дела. Специалист доказал, что кожа была нижней частью живота, а шрам – последствием операции. А у пропавшей женщины была гинекологическая операция в прошлом, после которой остаются подобные шрамы. Пеппер смог доказать и наличие яда в тканях. Пазл сложился: талантливый гомеопат, надоевшая жена, прекрасная любовница.

Фото преступников передали на границы. Сигнал поступил от капитана судна, отправлявшегося в Канаду. У моряка был намётанный глаз, и поведение одного пассажира – парня, который отбывал вместе с отцом, показалось ему слишком уж женоподобным. Даже за столом создавалось ощущение, что парочка флиртует: многообещающие взгляды, неслучайные прикосновения, совсем не родственные поцелуи.

Отправляйся парочка третьим классом, никто бы не обратил на их поведение внимания. Но они решили путешествовать с комфортом в первом. Пассажиры обедали на виду у капитана, и он отметил странное поведение.

Их арестовали, и преступники предстали перед судом. Защита строилась на том, что шрам мог иметь другую природу. А потому не факт, что останки принадлежат Коре. Но то, что он послеоперационный, подтвердил ещё один видный эксперт своего времени Бернард Спилсбери. Гомеопат отправился на виселицу, перед казнью попросив только об одном  одолжении – положить в нему в гроб фото возлюбленной.

А вот у лже-сыночка всё сложилось не так плохо. После снятия обвинений Этель покинула страну, несколько лет работала в Канаде машинисткой. А когда вернулась в Лондон, вышла замуж и родила двух сыновей. И спокойно ушла в мир иной в 1967 году, последней из всех, кто имел отношение к знаковому делу.

Процесс освещался в прессе и получил отклик в обществе. Народ обсуждал побег с переодеванием, любовь, заставившую пойти на преступление. Если абстрагироваться от романтики, то дело гибели Коры сыграло важную роль в развитии криминалистики и позволило понять, что для раскрытия преступления порой достаточно незаметной на первый взгляд, но очень важной детали.