Из слабого выйдет сильный: история Марианны Бахмейер (12 фото)

В 1950 году в Нижней Саксонии, в городе Зарштеде, родилась Марианна Бахмейер. Детство её сложно назвать безоблачным - дома обстановка была агрессивная, помноженная на строжайшие религиозные установки. Отец Марианны пил, а в прошлом вообще состоял в нацистской партии. В итоге жена с дочерью ушли от него, но отчим оказался ни чем не лучше и постоянно третировал обеих.

Когда Марианне было всего девять лет, то её изнасиловал человек, вхожий в семью Бахмейер. Девочка не получила никакой поддержки, а родители устроили ей эмоциональные качели, то обвиняя в случившемся, то наоборот - захваливали и задаривали подарками, чтобы она никому не рассказала. История, как бы это ужасно не звучало, была очень стандартная для таких ситуаций: войдя в подростковый возраст Марианна стала пользоваться своей внешностью, чтобы начать "взрослые" отношения. Первая беременность в 16 лет. Вторая - в 18 лет. Дети были отправлены в приёмные семьи, а саму Марианну "заботливые" родители просто выгнали из дома. Ноль помощи, ноль поддержки, да ещё и обвинения ребёнка в том, что его изнасиловали. Мечта, а не родители, не правда ли?

Когда Бахмейер был 21 год, то она начала работать в индийском ресторане в Любеке. Там она вступила в отношения с управляющим заведением Кристианом и когда забеременела, выяснилось, что мужчина к детям не был готов. Сама же девушка посчитала, что это её последняя возможность стать мамой и построить нормальную, любящую семью. В 1972 году Марианна родила девочку Анну и дала ей свою фамилию, а не биологического отца.

Быть мамой-одиночкой всегда было непросто, вне зависимости от времени и страны. Марианна старалась дать своей дочери всё, чего не было в её детстве - счастливое детство, любовь и заботу. Данные по доходам Бахмейер разнятся, но большая часть информации говорит о том, что ей, благодаря полученным в наследство деньгам, удалось стать совладелицей того самого индийского ресторана, где она работала.

Анна, в силу того, что мама много работала, много времени проводила с ней и стала довольно самостоятельной для своих малых лет. Марианна позже страшно жалела об этом.

Тот факт, что у девушки не было никакой поддержки и помощи близких и то, что она сама росла в агрессивной среде, совсем не помогало Марианне принимать только правильные решения.
Анна же, наоборот, была девочкой открытой, весёлой, но при этом с весьма твёрдым характером и часто отстаивала свою позицию перед матерью. Проще говоря - ссорились они с Марианной часто.
Так произошло и 5 мая 1980 года. Анне было всего семь лет, когда она в очередной раз поругалась с мамой и рассерженно пошла в школу без её сопровождения. Школа была неподалёку, но Анна решила, вместо уроков, пойти к однокласснице домой. По пути к подружке девочку позвал её сосед - мясник Клаус Грабовски.

Мужчине было 35 лет, мясник был добр и приветлив и жил с невестой рядом с Бахмайерами. Пару эту все знали и любили, ведь только полиции была известна тёмная сторона Клауса Грабовски...
Мясник был педофилом, в прошлом судимым за изнасилование двух девочек девяти лет. К нему была применена химическая кастрация вместо тюремного заключения. Грабовски принимал лекарства, подавлявшие либидо. Вот только за два года до встречи с Анной, Клаус подал прошение об отмене лечения, убедив суд, что он справился со своим нездоровым влечением и вообще собирается жениться и создавать новую ячейку общества. Медикаменты были отменены.

Обаятельный мужчина предложил своей маленькой соседке заглянуть к нему, мол, у него есть очаровательные котята, с которыми она сможет поиграть.
Как только за спиной Анны захлопнулась дверь квартиры, то шансов выбраться живой у неё больше не было. Несколько часов мясник мучил малышку и несколько раз изнасиловал её. После всего Клаус задушил Анну чулками своей невесты, потом ими же связал, засунул девочку в коробку и отнёс на берег ближайшего канала.
Задержали Грабовски в тот же вечер, после звонка его невесты - мужчина всё рассказал ей. В тот момент Анну уже искали, когда Марианна узнала, что до школы девочка так и не дошла и в обычное время домой не вернулась.
Тело замученной Анны лежало там же, где её оставил Грабовски.

Слушание дела началось лишь в марте 1981 года, почти через год после убийства Анны. Грабовски, которого знали как приветливого и мягкого человека, на суде проявил себя совершенно иначе: он дерзил всем, не отрицал факт убийства Анны, но вот в изнасиловании признаваться отказывался. Клаус также начал заявлять, что семилетняя девочка соблазняла его, да ещё и вымогала деньги, угрожая рассказать всем как он её домогался.

Неизвестно, адвокат ли подсказал Грабовски линию поведения, или он сам до этого додумался, но защита стала давить на то, что в поступке Клауса виноваты гормональные и психические проблемы из-за химической кастрации. И упечь его надо не в тюрьму, а в психиатрическую клинику.
Грабовски был чрезвычайно уверен в себе, а стратегия была весьма рабочей.
Все судебные заседания стали пыткой для Марианны, которая искренне, как могла и как умела любила свою дочь. А Грабовски, глядя ей в глаза, называл семилетнюю девочку "маленькой потаскухой". Судья, кстати, в чём-то соглашался с Грабовски, утверждая, что семилетняя девочка могла спровоцировать преступника, что, разумеется, шокировало Анну.

Уж кто-то, а она-то точно знала, что такое, когда насилуют маленькую девочку и потом обвиняют в случившемся. Настало третье и оно же финальное заседание суда. Шёл очередной допрос Грабовски, когда Марианна Бахмайер встала со скамейки за его спиной, сделала пару шагов, подняла руку с "береттой" и выпустила в Клауса восемь пуль.

"Я хотела его убить, но выстрелить в лицо. К сожалению, пришлось стрелять этой свинье в спину".

Марианна не оказала полиции никакого сопротивления и спокойно отдала беретту полицейскому. Вот так свершился самосуд, на глазах у судьи и множества свидетелей. Конечно, есть вопрос, как она пронесла в зал оружие, но ведь в 1981 году не было никаких рамок или иных детекторов. Осмотр был поверхностным и спрятать пистолет в складках одежды было легче лёгкого. Случай с Бахмайер привёл к изменениям правил досмотра и их ужесточению.

Немецкая пресса метко прозвала Марианну "мать мести", а общество встало на её защиту. Сопереживающие несчастной матери быстро собрали сто тысяч марок, чтобы у женщины был хороший адвокат.
И адвокат действительно знал своё дело - за Бахмейер признали вину в непредумышленном убийстве. После смерти единственной дочери Марианна впала в депрессию и сначала смогла найти себе беретту для того, чтобы покончить с собой. А решение прикончить Грабовски было непреодолимо импульсивным.

Марианна получила шесть лет тюремного заключения, но отсидев меньше половины срока, вышла по УДО. Её позвал замуж школьный учитель, с которым она в 1985 году уехала в Гану (гуманитарная миссия).
В 1990 году Марианна развелась, перебралась на Сицилию и стала работать по своему истинному призванию - в хосписе. Именно Бахмайер бралась опекать самых тяжёлых онкобольных и регулярно помогала в отделении эвтаназии.

Через несколько лет "мать мести" узнала, что у неё рак поджелудочной железы. Зная, что с таким видом рака ей долго не прожить, Марианна вернулась в Германию и там решилась откровенно рассказать свою историю от начала до конца. Выбранный ею журналист получил эксклюзивное интервью и возможность снять последние дни жизни Марианны Бахмайер.
19 сентября 1996 года женщина ушла из жизни, желая лишь одного: после смерти воссоединиться со своей Анной. Замученной девочкой, которой не суждено было выжить.

Пожалуй, очевидную моральную дилемму разрешить тут непросто. Виновна ли Марианна? А может быть её родители? Тот "друг семьи", что изнасиловал её маленькую, а родители, вместо поддержки, обвиняли дочь в случившемся? Сломалась Марианна тогда или всё-таки уже в зале суда, увидев не только циничное поведение убийцы её дочери, но и поддержку Клауса со стороны судьи?
Выводы точно остаются у каждого свои.