Какая кровь считается самой дорогой и кто самый золотой донор в мире (4 фото)

Кровь делится не только на четыре группы, но и обладает своим индивидуальным количеством антигенов. Это выяснил австрийский и американский врач, химик, иммунолог, обладатель Нобелевской премии по физиологии Карл Ландштейнер. Он опубликовал доклад о сыворотке, в котором объяснил взаимодействие примерно 85% различных эритроцитов человека. На поверхности каждого из них имеется до 342 антигенов. Именно их наличие или отсутствие указывает на группу и резус-фактор.
В 1961 году сотрудники Австралийского института здравоохранения и социального обеспечения объявили, что у одной из женщин-аборигенов, кровь была с нулевым резус-фактором. При биохимическом исследовании ее крови было установлено, что на поверхности эритроцитов нет ни одного антигена.
Интересно, что пациент с такой кровью может стать донором для людей с совпадающей с ним группой, и неважно каким резус-фактором, положительным или отрицательным.
В международной панели редких доноров ВОЗ зарегистрировано всего 11 человек с нулевым резус-фактором. Все они хранят свою кровь в специальных банках крови, чтобы в случае экстренных ситуациях таких людей можно было бы спасти.
Точное количество людей с нулевым резус-фактором неизвестно. Их кровь называется «золотой», поскольку она подходит для переливания очень многим, а ее обладателям — только собственная. Плата за использование такой крови может достигать невероятных сумм.
@ Анастасия Иванова

Джеймс Харрисон спас более двух миллионов детей в Австралии, благодаря тому, что 60 лет сдавал свою редкую кровь. «Хорошо спасти одного ребенка. Когда тебе говорят, что ты спас два миллиона — в это тяжело поверить. Я был рад сделать это».

В 14 лет Джеймсу понадобилось срочное переливание крови во время операции. После этого случая он почувствовал долг перед теми, кто своей донорской кровью спас ему жизнь, и решил стать донором. Тогда у Джеймса Харрисона обнаружили редкую способность — его организм естественным образом может вырабатывать анти-D антитела, необходимые для переливания беременным женщинам во время резус-конфликта. С тех пор до самой старости Джеймс сдавал свою кровь, чтобы спасать детей.

По оценкам Красного Креста, около 17 % беременных австралийских женщин нуждаются в инъекциях анти-D, чтобы предотвратить резус-конфликт с кровью плода. Без таких инъекций плод с большой долей вероятности может умереть. В Австралии такие инъекции можно делать из плазмы только 0,001 % населения.

Помощь Джеймса Харрисона трудно переоценить. С 1967 года из крови Харрисона было создано свыше двух миллионов доз анти-D для предотвращения резус-конфликта — свыше двух миллионов детей благодаря нему избежали смерти. Сам Джеймс предполагает, что редкая способность вырабатывать анти-D появилась у него из-за перелитой в подростковом возрасте крови. За эту способность его называют человеком с золотой рукой.

Он признается, что всю жизнь боялся игл, и, несмотря на это, на протяжении 60 лет он регулярно сдавал кровь в клиниках по всей Австралии. Медицинские работники Красного Креста решили, что в возрасте 81 года их ценному донору стоит прекратить сдавать кровь, чтобы не навредить своему здоровью.

«Это конец эпохи», — сказал Джеймс Харрисон и признался: «Мне было грустно, потому что я чувствую, что еще в силах продолжать»

В последнюю донацию Харрисона над его кушеткой парили четыре серебряных шара в форме цифр 1 1 7 3 — это количество кроводач Харрисона.

«Красный Крест и Австралия никогда не смогут до конца выразить всю благодарность такому человеку, как Джеймс, — Джемма Фалькенмир, пресс-секретарь Австралийской службы Красного Креста. — Вряд ли у нас когда-либо будет другой донор, готовый взять на себя такую ответственность».

Даже дочь мистера Харрисона, Трейси, была одной из тех, кому понадобилась его кровь: «Спасибо, папа, за то, что дал мне возможность иметь двух здоровых детей — твоих внуков», — написала она об отце на Facebook. Джеймс принимает похвалу с юмором и скромностью: «Вините меня в приросте населения Земли».

«Хорошо спасти одного ребенка. Когда тебе говорят, что ты спас два миллиона — в это тяжело поверить. Я был рад сделать это!».